Александр Лукашенко описал своё видение «большой сделки» с США, заявив, что вопрос политзаключённых и санкций для него второстепенен. Ради чего он на самом деле готов торговаться с Дональдом Трампом?
В беседе с Риком Санчесом, ведущим телеканала RT, Александр Лукашенко подтвердил, что разговоры о «большой сделке» с США идут уже давно. Он подчеркнул, что личная встреча с Дональдом Трампом для него не самоцель: «Приятно было бы увидеть этого человека с глазу на глаз и пожать ему руку, но это не главное. Помимо человеческого общения мы остаёмся главами государств, поэтому встреча должна быть подготовлена».
Эксперты объясняют, чего именно Лукашенко добивается от возможной сделки с Вашингтоном.
«Политзаключённые, санкции — это мелочь»
Лукашенко выражает надежду, что перед заключением «большой сделки» между Беларусью и США будет подготовлено отдельное соглашение. По его словам, встреча в США не должна выглядеть как визит «вассала к императору»: «Это не напыщенность и не петушиная политика, а позиция реального президента, который уважает свой народ. Я готов к этой встрече, мы готовы и к сделке, но её нужно подготовить так, чтобы там были учтены интересы и США, и Беларуси».
Он утверждает, что неверно сводить интересы Вашингтона лишь к требованию освободить политзаключённых в Беларуси в обмен на снятие санкций. По мнению Лукашенко, политзаключённые и санкции — «мелочь», а в повестке «большой сделки» есть куда более крупные вопросы, которые следует урегулировать.
«Пик политической карьеры»
Экс‑дипломат, руководитель Агентства евроатлантического сотрудничества Валерий Ковалевский полагает, что поездка в США для Лукашенко имеет исключительное значение: «Это пик политической карьеры. За всё время его правления у него ещё не было полноформатных переговоров с президентом США».
Ковалевский подчёркивает, что потенциальная встреча с Трампом важна и на фоне нынешней ситуации вокруг Беларуси: «Есть угроза суверенитету и независимости нашей страны. Продолжается война, и существуют сценарии, при которых Россия будет пытаться втянуть Беларусь в военное противостояние не только с Украиной, но и с государствами Запада. Для Лукашенко жизненно важно, чтобы визит в США состоялся и позволил отстоять собственные интересы, которые, по сути, сводятся к сохранению личной власти. Но чтобы этой властью пользоваться, ему приходится думать и об укреплении суверенитета Беларуси».
Политолог Валерий Карбалевич считает, что Лукашенко интересует весь возможный пакет уступок: «Для него важна и отмена американских санкций, и сделки по белорусскому калию. Опиравшись на эти договорённости, он рассчитывает обойти европейские ограничения и прежде всего вернуть доступ к Клайпедскому порту, через который до санкций шёл экспорт калийных удобрений. Зацепившись за калий как за одно звено, он хотел бы вытянуть всю цепь. Плюс важно прорвать дипломатическую блокаду на западном направлении: европейские страны не признают Лукашенко президентом Беларуси, а для него крайне значимо признание со стороны Запада и выход из изоляции».
Историк и политический обозреватель Александр Фридман отмечает, что под «большой сделкой» может подразумеваться почти полный пакет нормализации отношений: «Это и возвращение посла США в Беларусь, и, возможно, восстановление прямого авиасообщения, и экономические проекты. Лукашенко заинтересован в американских инвестициях. Освобождение политзаключённых в обмен на отмену санкций он стремится превратить в стартовую площадку для куда более масштабных экономических договорённостей».
Спешка с «большой сделкой»
Переговоры белорусских властей с администрацией Трампа продолжаются уже более года. За это время были освобождены несколько групп политзаключённых, США сняли ограничения с белорусских калийных удобрений, а также с «Белавиа», ряда банков и Минфина (санкции ЕС при этом остаются в силе). Однако сама «большая сделка», предполагающая освобождение всех политзаключённых в Беларуси, пока так и не оформлена.
По словам Валерия Карбалевича, до конца неясно, какая из сторон тянет процесс: «Переговоры идут в закрытом режиме. Возможно, если бы Лукашенко решился на более масштабные шаги по освобождению политзаключённых, это могло бы ускорить достижение соглашения».
Ковалевский полагает, что ближайшие несколько месяцев — ключевое окно возможностей для завершения сделки: «Это во многом связано с внутриполитической ситуацией в США, которые готовятся к промежуточным выборам в Конгресс. Когда кампания войдёт в наиболее активную фазу, у Дональда Трампа и его администрации останется заметно меньше времени для белорусской повестки». При этом он подчёркивает, что многое зависит и от способности Лукашенко и его окружения вести диалог, идти на уступки и принимать компромиссы.
Александр Фридман отмечает, что Лукашенко осознаёт: Вашингтон заговорил с ним лишь потому, что счёл его потенциально полезным фактором в контексте украинского урегулирования. «Он понимает, что международная ситуация развивается настолько стремительно, что любое достигнутое соглашение может быть перечёркнуто внешнеполитическими событиями — будь то война в Иране, охлаждение отношений между США и Китаем или новый виток напряжённости между Вашингтоном и Москвой. В такой обстановке выжидательная позиция может обернуться потерей шанса, поэтому он заинтересован в том, чтобы договориться как можно раньше», — считает эксперт.
Гарантии безопасности от США?
По мнению Валерия Карбалевича, Лукашенко хотел бы включить в «большую сделку» целый комплекс политических гарантий: «Для него важны обещания США, что он не повторит судьбу Николаса Мадуро в Венесуэле или Али Хаменеи в Иране».
Политолог напоминает, что американская администрация показывает готовность к весьма решительным действиям, когда считает вопрос принципиальным: «Вероятность, что Лукашенко окажется в положении Мадуро, невелика, но у страха глаза велики. Не случайно спецпредставитель президента США Джон Коул после переговоров с Лукашенко говорил, что того до чертиков напугали события в Венесуэле и в Иране. Очевидно, именно таковы были его впечатления от разговора в Минске».
Валерий Ковалевский уверен, что обсуждать прямые гарантии от США пока преждевременно: «Нужно помнить, что Лукашенко — союзник прежде всего России, а не Соединённых Штатов, и Вашингтон вряд ли готов брать его под своё крыло. Это слишком завышенное ожидание с его стороны».
По его словам, если сделка всё же будет заключена и стороны продвинутся по пути нормализации, обсуждение гарантий в перспективе не исключено: «Но Москва вряд ли захочет уступить Вашингтону роль главного гаранта безопасности Лукашенко», — резюмирует экс‑дипломат.
