Шведская военная разведка оценила реальную инфляцию в России вблизи 15% и обвинила власти в искажении данных
Шведская разведка: Россия занижает реальные масштабы инфляции
Российские власти, по оценке иностранных спецслужб, систематически приукрашают экономическую статистику, чтобы создать у западных стран впечатление, будто экономика успешно выдерживает санкционное давление и колоссальные военные расходы. Об этом в интервью британской деловой прессе заявил глава Военной разведки Швеции Томас Нильссон.
По его словам, реальный уровень инфляции в России сейчас близок к 15% — примерно на уровне ключевой ставки Центробанка. Это почти втрое выше официального показателя Росстата, который на конец марта составлял 5,87%.
Согласно официальной статистике, темпы роста цен в стране будто бы замедляются: на пике, в марте 2025 года, годовая инфляция превышала 10,3%, после чего, по данным ведомства, снизилась почти вдвое.
Оценка граждан: «наблюдаемая инфляция» не снижается
Обычные граждане оценивают рост цен почти так же, как и шведская разведка. В апрельском опросе Банка России «наблюдаемая инфляция» составила 14,6% год к году. При этом, в отличие от статистики Росстата, восприятие роста цен населением практически не меняется: в сентябре 2025 года россияне оценивали годовую инфляцию в 14,1%, а в мае — в 15,5%.
Бюджетный дефицит и военные расходы: оценки иностранных спецслужб
Нильссон утверждает, что система управления, выстроенная Владимиром Путиным, такова, что даже у высшего руководства может не быть полного представления о реальном состоянии экономики: «Но даже с той искажённой информацией, которую он получает, уйти от последствий не удастся».
Глава шведской военной разведки заявил, что разделяет выводы немецкой разведки BND, согласно которым реальный дефицит российского бюджета в прошлом году достигал около 8 трлн рублей вместо 5,6 трлн рублей, указанных в отчётности Минфина.
По расчётам BND, реальные военные расходы России «поглощают» примерно половину бюджета, если оценивать их по стандартам НАТО. В эту долю включаются не только прямые военные траты, но и расходы на строительные проекты, IT‑услуги, а также социальное обеспечение военнослужащих. Официально же на оборону публично отводится около 30% бюджета.
По мнению Нильссона, экономика России находится в крайне уязвимом положении: «Для российской экономики возможны только два сценария — длительное медленное ослабление или резкий шок. В любом случае, страна продолжит движение вниз к финансовой катастрофе».
Военно‑политические цели на фоне экономических рисков
Несмотря на мрачные экономические перспективы, Владимир Путин, по оценке шведской разведки, не отказывается и не собирается отказываться от максималистских целей в отношении Украины. Переговоры при посредничестве США он якобы воспринимает как «политический театр» и не рассматривает их как инструмент для пересмотра своих планов.
Хотя официально декларируется цель «освобождения всего Донбасса», в действительности, как полагает Нильссон, Москва стремится отрезать Украину от Чёрного моря, включая возможный захват Одессы. По его словам, нельзя исключать, что притязания на Киев также полностью не сняты с повестки.